Статьи и учебные материалы Книги и брошюры КурсыКонференции
Сообщества как педагогические направления Совместные сообщества педагогов, студентов, родителей, детей Сообщества как большие образовательные проекты
Step by step Вальдорфская педагогика Вероятностное образование Дидактика Зайцева КСО Методики Кушнира «Новое образование» Педагогика Амонашвили Педагогика Монтессори Пост- коммунарство Ролевое моделирование Система Шулешко Скаутская методика Шаталов и ... Школа диалога культур Школа Толстого Клуб БабушкинойКорчаковское сообществоПедагогика поддержки Семейное образованиеСемейные клубыСистема Леонгард Красивая школаМакаренковские чтенияЭврика
Список форумов
Новости от Агентства Новые материалы сайта Новости педагогических сообществ Архив новостей Написать новость
Дети-читатели Учитесь со Scratch! АРТ-ИГРА…"БЭММс" Детский сад со всех сторон Детский сад. Управление Школа без домашних заданий Социо-игровая педагогика
О проекте Ориентация на сайте Как работать на сайте
О проекте Замысел сайта О структуре сайтаДругие проекты Агентства образовательного сотрудничества О насСвяжитесь с нами Путеводители по книгам, курсам, конференциям В первый раз на сайте? Как работать на сайте Проблемы с регистрациейЧто такое «Личные сообщения» и как ими пользоваться? Как публиковать статьи в Библиотеке статей
Напомнить пароль ЗарегистрироватьсяИнструкция по регистрации
Лаборатория «Сельская школа» Лаборатория «Начальная школа» Лаборатория «Пятый класс»Лаборатория «Подростковая педагогика» Лаборатория «Галерея художественных методик»Лаборатория старшего дошкольного возраста
Библиотека :: Опыты и модели. Общепедагогические ориентиры

Домбровский А. Белый лист бумаги


Рабочая книга для размышления собственными руками
Содержание:
  1. Концепция бумаги
  2. Каша – бумага, бумага – каша …
  3. Китайские корни
  4. Сколько способов изготовления бумаги?
  5. Бумага … в мясо
  6. Мысли о мясорубке
  7. Варианты
  8. Об обстоятельствах
  9. Цвет
  10. Формование
  11. Основа для сушки
  12. Главу 2 «Философия папье-машинизма»
  13. Рисуем бумагой
  14. Бумажные стены
  15. Растительное сырье
  16. Что «шепчет мыслящий тростник»?
  17. «Фома-неверящий» - экспериментатор
  18. Сладкий индикатор
  19. Как и 3000 лет назад
  20. Банановое письмо
  21. Волосатая бумага?
  22. Место встречи изменить нельзя?
  23. Бедная Эльза
  24. Блин-бумага!
  25. Клетки, стенки, мембраны и канализация
  26. Другая жизнь волокон
  27. Из кого веревки вить?
  28. Как сделать сетку?
  29. Введение в ткацкое дело
  30. Шитье и ткачество
  31. Ковроткачество
  32. Письменность
  33. Напишите свою вечность
  34. Печать
  35. И еще несколько простых и интересных экспериментов
  36. Кислотно-щелочное образование
  37. Звучащий «отпечаток»
Информация об авторе: Андрей Домбровский
Домбровский Андрей Владимирович, (г. Санкт-Петербург) был учителем географии, депутатом Санкт-Петербургского городского совета, координатором российско-датского проекта Народных школ для взрослых. Сегодня он руководит Центром Природы и Окружающей Среды в городе Павловске. Туда приезжают ребята из самых разных школ многих городов. Поводом для их совместной работы служат занятия ремёслами.

«Он переделать мир хотел, чтоб был счастливым каждый,

И все кричал – Огня! Огня! – хоть был солдат бумажный».

Б. Окуджава

Концепция бумаги

Деньги – это бумага, или ...?

Детское воспоминание возвращает меня на кухню коммунальной квартиры. Мой глаз внимательно ощупывает пространство, пытаясь понять: нет ли здесь еще какого-нибудь вида бумаги.

Дело было в начальной школе. Нам дали задание собрать коллекцию разных видов бумаги. Обои, фантики от конфет, газета, картон - все пошло в дело. Единственное, чего не может восстановить моя память - были или не были там денежные знаки. Вероятно, их не было. Детское сознание отказывалось отождествлять их с "просто" бумагой. Коллекции были сданы, и, вероятно, пополнили фонд макулатуры, которую класс собирал каждый месяц. На этом все и закончилось… тогда. К сожалению.

Каша – бумага, бумага – каша …

Многими годами позже мне случилось быть на бумажной фабрике. Процесс получения листа бумаги заворожил. Из большого чана через узкую щель на конвейер – сетку, натянутую между двумя быстро вращающимися валами – вытекает жидкая кашица, ну уж ничем не похожая на бумагу. Но вот, через два – три метра уплотнившаяся масса ловко подхватывается, отделяется от сетки и между валками, валками, валками… Все бешено крутится, бумажная змея мчится, переплетаясь вокруг валков и вдруг … на большой барабан спокойно наматывается белое бумажное полотно. Ты снова возвращаешься назад, потом обратно – все равно не понять: там – каша, здесь чистый лист белой бумаги.

Промышленный процесс обладает притягательной эстетикой. Наверное, это и делает его таким завлекательным. Но, глядя на то, что происходит, наврядли возникнет мысль о том, что «эту бумагу» можно сделать дома. Кругом много странных предметов и названий все грохочет, мчится – завораживающий танец вещей.

Следующее "столкновение" с бумагой произошло еще многими годами позже. На занятиях в Высшей народной школе в Дании на курсе ремесел нам предложили сделать бумагу самим. "Нет, конечно, у нас не получится бумага, на которой вы сможете писать письма, - сказала преподаватель, - однако, попробуйте".

Китайские корни

Потом я пробовал, экспериментировал (есть такой вид искусства – изготовление бумаги) пока, не возникла эта мысль: "А что, если бы тогда, в первом или втором классе, когда я так жадно собирал коллекцию образцов бумаги, что если бы после того, как коллекции были бы собраны и принесены в класс, нам дали бы возможность сделать свой собственный, пусть неказистый, но свой листочек бумаги? А если бы потом, вдруг, о чудо, мы оказались бы на бумагоделательной фабрике? Нет, все-таки, наверное, я не стал бы посвящать свою жизнь изготовлению бумаги (хотя, и есть в этой мысли что-то привлекательное), но может быть, нет, уж наверняка, я бы с гораздо большим энтузиазмом собирал бы макулатуру. А, может быть, оставлял бы немного меньше макулатуры после себя. Может быть, что-то изменилось бы во мне уже тогда, и я смотрел бы на каждый лист чистой бумаги, с восторгом понимая, что и мои руки знают, как сделана эта бумага. И мои, и китайца, который жил за две тысячи лет до меня.

Сейчас я работаю в Центре Природы и Окружающей Среды. Занятие по изготовлению бумаги – часть того, что мы предлагаем школам. Придя на работу, за десять минут я в состоянии подготовить занятие с целым классом, когда на протяжении полутора – двух часов мы с детьми с увлечением будем делать бумагу. Странно, сейчас это так просто, а было не начать.

Сколько способов изготовления бумаги?

Думаю, что столько же, сколько человек пробовало ее делать. И вы имеете шанс создать еще один способ, свой, не смотря на то, что у вас 2000 лет предшественников.

За 2-3 года, которые я систематически обучаю детей и взрослых деланию бумаги, в моей голове образовалась обширная полочка, под названием «изготовление бумаги». Там разные кусочки знаний, собранные из бытового опыта, информация из книг и Интернета, плоды собственных экспериментов. Скорее, это даже не полочка, а ящик, куда я скидываю разные вопросы и, попадающиеся время от времени подсказки. Задумываясь над очередным занятием, я вылавливаю из этого ящика разные объекты, как-то их соединяю – иногда получается красиво, иногда не очень.

Сейчас мое искушение заключается в том, чтобы все на полочке аккуратно расставить, представив систематическую картину того, как разворачивается «битва за бумагу». На правом фланге сырье – разные сорта бумаги, растительное сырье, целлюлоза. Слева стоит тяжелая артиллерия – утюги, используемые для просушивания бумаги. В центре – миксер – главный измельчитель, за которым в качестве резерва стоят ножницы (на случай, если миксера под рукой не окажется). Все приводится в движение … и «Победа!», лист рукотворной бумаги.

Увы, я почти уверен, что это будет поражение. Также как и настоящее сражение невозможно выиграть, глядя в учебник вместо поля боя, так и бумагу не сделать, следуя чужим инструкциям.

Я должен признаться, что и меня иногда давно знакомая, привычная бумага ставит в тупик. На одном из занятий засовываю в кухонный комбайн красивую зеленую упаковку от пачки бумаги, ну, думаю, сейчас получится красивая смесь. Начинаю молоть, и чувствую, что-то не то. Останавливаю комбайн, и достаю оттуда какую-то «соплю», странно. Еще один заход, все равно «сопля». А все происходит на глаза у «изумленной» публики. Пришлось все вытащить, отложит в сторону и молоть обычную газету. Потом, внимательно рассмотрев упаковку, обнаруживаю: оказывается поверхность бумаги покрыта тончайшим слоем полиэтилена, который и на обрыв еле различим. Он то и не мололся, образуя «сопли».

Всякая «неудача» в сущности, на самом деле настоящая удача. Надо ее только правильно рассмотреть. Если вы что-то делаете, а получается не так, как вы ожидали, стоит подумать, а на чем построены ваши ожидания, рассмотреть ситуацию повнимательнее и удача состоится – вы узнаете что-то новое.

Из незадачи с «соплями» я сделал маленькую демонстрацию для детей того, какая разная бумага, даже если кажется абсолютно одинаковой.

Многое зависит от обстоятельств. Одна ситуация – когда вы решите просто «от нечего делать» взять и попробовать. Другое дело –маленькое веселье с собственными детьми. А если детей придет 30 человек – это будет уже совсем иначе. Должно быть иначе.

То, что растет в окрестностях моего дома, может оказаться трудно доступным в ваших краях, и было бы глупо ждать, пока знакомые или случай доставят вам в руки нужный материал. Листок бумаги можно сделать минут за двадцать, можно заниматься изготовлением бумаги несколько часов подряд, можно несколько лет, а можно и всю жизнь.

У вас свой набор обстоятельств.

Говоря коротко, изготовление бумаги происходит в три этапа:

- разделение волокон,

- формование бумажного листа (перепутывание волокон),

- удаление из листа бумаги излишней влаги.

Как всякая схема, это описание несет в себе излишнюю категоричность. То же самое можно изложить в виде многостраничного текста. Но в короткой схеме есть одно преимущество, отбрасывая все второстепенное (если действительно отброшено второстепенное, а не главное), она оставляет суть – что, собственно, происходит. А происходит вот что – волокна, составляющие бумагу, надо привести в «подвижный беспорядок», а потом этот беспорядок зафиксировать. И «движетелем» является вода. Почему, собственно, вода? Могут ли другие жидкости осуществлять аналогичный процесс более эффективно? А, может быть, это можно делать в газообразной фазе? Можно. Полученный материал будет называться нетканым волокнистым материалом и их довольно много вокруг нас, начиная от кухонных тряпок и заканчивая многочисленными теплоизолирующими материалами.

Бумага … в мясо

«Ну, помнишь там комната такая, ну вся зеркалами такая в мясо»

Из беседы двух подростков

Проводя занятия для школьников, мы чаще всего делаем бумагу из бумаги же (макулатуры, которую стараемся систематично собирать, раскладывая в разные коробки), используя для гидроразбивки миксер (кухонный комбайн).

Идея использовать миксер для размельчения бумаги довольно долго казалась странной. Прежде, чем «дойти» до миксера я почти поломал несколько мясорубок. До этого мы стригли бумагу ножницами, рвали руками на возможно мелкие кусочки, после чего варили на медленном огне.

Казалось так «естественно» молоть бумагу в мясорубке, как мясо. Однако же бумага ведет себя совсем не как мясо. Она не отсекается ножом, выдавливаясь аккуратными колбасками, а собирается у ножа, сжимается в плотный комок, после чего мясорубка останавливается (если она электрическая, а если ручная, то останавливаетесь вы). Промывка водой, вращение в обратную сторону (в случае ручной мясорубки) – ничего не дает эффекта. Все, что можно сделать – это мясорубку разобрать, прочистить и отложить в сторону.

Мысли о мясорубке

Пытаясь осмыслить эту ситуацию, я думаю, что резон думать о мясорубке как об инструменте для размельчения бумаги, наверное, есть. И бумага и мясо состоят из волокон (или в том числе и из волокон). Поэтому кажется, что если можно смолоть одни волокна, то должно быть можно смолоть и другие. Хотя, когда начинаешь думать об использовании мясорубки, понимаешь, что в ней можно молоть и множество других «субстанций». Сухари, например, лук, булку, размоченную в молоке или воде (это я перебираю по памяти ингредиенты котлетного фарша). Все можно, а бумагу – нельзя. Может быть дело в том, что волокна тоньше?

Опыты с мясорубкой побуждают к размышлению о том, что такое мясорубка и почему она устроена так, а не иначе. Самый привычный способ резать бумагу – ножницами, которые представляют собой два скрещенных ножа, соединенных «гвоздиком». В мясорубке тех же ножей … не два и не три, а четыре и решетка с дырками. И каждая из дырок (точнее, ее стенки) выполняет роль одного из лезвий ножа. Второе лезвие – это один из ножей на крестовине. А что выполняет роль второго лезвия в миксере?

Домашние, как правило, не очень склонны давать кухонное оборудование для «разных там экспериментов». Постарайтесь объяснить, что бумага – она та же морковка, только немного упрощенная и обработанная. Покажите, как легко бумага рвется на части, запустите комбайн, заполненный одной водой, и начните забрасывать бумагу отдельными листиками. Будьте постепенными. Бумагу надо рвать и заправлять небольшими порциями, иначе и в миксере она может повести себя как мясорубке – сбиться в неперевариваемые комки. Воды должно быть существенно больше, чем бумаги. Нажимаете кнопку и смотрите. Первые секунды нож миксера гоняет отдельные кусочки бумаги, потом они сливаются, образуя что-то наподобие кипящей каши, превращающейся по мере размола в коктейль.

Сколько молоть – дело замысла и вкуса. Долго – мелко, коротко – крупно. Можно сделать и так и эдак и смешать.

Варианты

Кухонный комбайн – это, конечно же, замечательно. Но одна из причин, по которой я долго не мог приступить к экспериментам с его участием, была вполне прозаична – комбайна не было. Итак, что делать, если комбайна нет.

Вариант 1: рвать и варить.

Вариант 2: резать (ножницами, резаком, уничтожителем для бумаг) и варить.

Варить полезно всегда (если время позволяет), но то, на что следует обратить внимание – это существенный избыток воды. Если этого избытка нет, бумага пригорает и делается мало пригодной и мало приятной для дальнейшего использование. Дело, вероятно, отчасти заключается в том, что в процессе варки происходит набухание бумаги, сопровождаемое значительным уменьшением количества свободной воды.

По мере освоения технологии, резание и рвание бумаги отходят на второй план и постепенно забываются. А зря. Миксер дает бумажную массу, состоящую из кусочков бумаги (или агрегатов волокон – кому как больше нравится), имеющих неправильную форму. Нарезанные кусочки бумаги, особенно другого цвета дают замечательный контраст.

Другой способ разбивки бумажной массы, с которым мне доводилось встречаться в литературе – с помощью дрели с насадкой для размешивания краски (он кажется мне вполне правдоподобным, особенно на больших скоростях).

Об обстоятельствах

Одно из оснований для выбора способа гидроразбивки – количество бумажной массы, которое вам надо получить в единицу времени. Одно дело, если вы хотите сделать два–три листочка и у вас есть день в запасе, тогда вы можете спокойно оставить размачиваться нарезанную и порванную бумажную массу, проварив ее между делом. Иначе, если к вам пришло 30 человек детей, и вы хотите, чтобы все они успели за 40–50 минут сделать свой листочек бумаги. Здесь без механизированной гидроразбивки не обойтись. Можно, конечно, подготовить бумажную массу заранее, но при этом сложнее увидеть «текучесть» процесса – то, как бумага «исчезает», превращаясь в бесформенную массу, а потом снова «возрождается» в привычный лист. Где бумага – в миксере, в тазике, на сетке?

У механизированного способа тот «недостаток», что, использовав его при демонстрации, легко сформировать убеждение в том, что именно так и только так и делают бумагу (в фабричных условиях это действительно так, только миксер раз в десять больше). А как же китайцы? А если нет миксера, то и бумагу не сделать?

Цвет

Цвет коктейля, конечно, зависит от исходного сырья и определяет цвет получающейся бумаги. Возьмите для пробы крашеные салфетки. Зеленые, красные, синие. Вы можете сделать бумагу (и по плотности она будет, скорее всего, ближе к писчей бумаге, чем к салфетке) синюю, красную … или смешанных цветов, причем цвета могут сливаться, а могут «существовать» в виде отдельных фрагментов - все это вопрос степени помола. Более того, когда бумага формуется в полужидком состоянии, она хорошо сцепляется, а это открывает возможность к тому, чтобы изготовить многоцветный лист бумаги (см. далее). Все это резко повышает спрос на крашенную бумагу. И здесь поначалу ждет подвох.

С внешней точки зрения, крашеная бумага – это бумага, имеющая определенный цвет. Но, когда вы начинаете бумагу разбивать, «очевидность» исчезает. Оказывается, что есть бумага, окрашенная в массе (цветные салфетки), а есть бумага, окрашенная по поверхности – цветная печать в газетах и журналах. Есть бумага, окрашенная водорастворимыми красками. Такова, например, крепп-бумага, имеющая радостные яркие цвета, и передающая их всему, с чем она соприкасается в мокром состоянии.

Газета при разбивке дает бумажную массу грязновато серого цвета. Всякому, глядя на нее, понятно, что повторно писать на ней будет сложно, если не сделать что-нибудь с цветом. Дети довольно легко «придумывают» три способа «возвращения» белой окраски – добавление мела (или более широко – белых красителей), промывание – удаление краски полосканием, и отбеливание – добавление химических реагентов, вступающих в реакцию с красителями.

Все эти три способа не сложно опробовать, если есть на это время и желание. Параллельно может возникнуть и идея о том, что раз можно отбеливать теми отбеливателями, которые используются для тканей, то можно попытаться и покрасить бумажную массу теми красителями, которые используются для тканей, и вы можете обрести свободу от крашенных салфеток, и начать красить бумагу в свои цвета.

Один к ста.

Разбитую бумагу переливаем в тазик и разбавляем еще большим количеством воды. В бумагоделательной машине концентрация бумажной массы перед выливом на сетку меньше одного процента. 99 процентов – вода (и растворенные в ней вещества). Через пару сотен метров пропорция меняется на прямо противоположную. У нас это произойдет через несколько минут.

Соотношение 99 к 1 говорит о том, сколько воды потребовалось бы для производства 1 килограмма бумаги – 99 килограмм. Потребовалось «бы», поскольку значительная часть воды используется вторично. Но не вся. Некоторая часть «бесследно» испарится в атмосферу на следующем этапе, а та, которая вернется в производственный цикл, через некоторое количество повторений будет так засолена посторонними примесями, что начнет портить и оборудование и бумагу. Тогда использованную воду отправляют на очистные сооружения.

Формование

Формование бумажной массы, как и 2000 лет назад, производится с помощью сетки. Изменились материалы, технологии, но сам принцип остался неизменным. Взболтайте в тазике бумажную массу, опустите туда сетку (скорее заведите), поводите ею из стороны в сторону, постарайтесь достичь наиболее равномерного покрытия бумажной массой и поднимайте. Дайте воде немного стечь и переверните сетку на подготовленную заранее тряпку (если заранее не подготовили, ничего страшного, бумага может немного полежать на сетке – лучше стечет). Если тряпки никак не найти, всегда можно воспользоваться все той же бумагой. Переверните сетку с бумажной массой на газету.

Черпание сеткой продолжалось до XIX века, пока потребность в бумаге не выросла настолько, что ручное черпание исчерпало свои ресурсы. В XIX веке тазик и сетка «поменялись местами». В современной бумагоделательной машине чан с бумажной массой находится над сеткой и через узкую щель бумажная масса выливается на движущуюся внизу сетку.

О том, как сделать сетку,

вы можете прочитать в разделе

«Как сделать сетку» (стр…)

Как сделать сетку

Основа для сушки

Сначала бумажная масса довольно хорошо держится на сетке. Но стоит ее переложить на непрерывную поверхность, отжать воду и бумажная масса «меняет» свои пристрастия, начиная липнуть к непрерывной поверхности. Эта непрерывная поверхность, которая в бумагодельном производстве по сей день называется сукном, а у нас может быть любой тряпочкой или той же бумагой, служит основой для дальнейшего просушивания бумаги. Будьте аккуратны, в этот момент бумага еще очень влажная и легко может распадаться на части.

Также см. раздел «Сукно»

на стр….

Я использую несколько неясное выражение «непрерывная поверхность», для того, чтобы избежать определенности, в которой довольно долго находился сам – представления о том, что бумага – это плоскость.

Что-то мы называем «бумага», что-то – «папье-маше» и они ведут раздельную жизнь в нашей голове. Бумага – это плоский лист, а папье-маше – объем. И ведь знал же я (читал в разных книжках), что папье-маше можно делать не только накладыванием слой за слоем листочков бумаги, можно перемалывать бумажную массу, смешивать с клеем и использовать для папье-маше, но все равно, бумага оставалась для меня листом, плоскостью, а папье-маше – объемом. И делал я то или другое, используя разную технику: бумага формуется с помощью сетки, а папье-маше накладывается на предмет руками.

Раздельное существование закончилось в тот момент, когда я попробовал выложить лист бумаги с сетки не на плоское сукно (оно, собственно говоря, никакое и не плоское, плоский лишь стол на котором оно лежит), а на изогнутый бок стакана. Получилось! Как следует отжать воду, и бумажная масса отстает от сетки и держится на стакане. При некоторой аккуратности довольно просто обвернуть таким образом весь стакан. Накладывая участок за участком, можно положить бумагу разных цветов, позволив произвольно стыковаться на поверхности стакана. Получившееся изделие приятно смотрится в качестве подсвечника для маленьких свечей, пламя которых подсвечивает неоднородную структуру бумаги. Из дуршлага получилась смешная шапочка, которая, к тому же достаточно легко снялась с формы. Ее, наверное, было бы интересно использовать в качестве основы для изготовления парика. А волосы сделать из той же бумаги, только нарезанной полосками.

Стаканчики, сделанные наложением бумажной массы на поверхность стакана, надо заметить, несъемные. То есть, лучше заранее отказаться либо от стакана, либо от того, что на нем получилось. Разделить их можно только размачиванием (может быть, - это идея для нового материала – стеклобумаги).

Подробнее о папье-маше см.

Главу 2 «Философия папье-машинизма»

Стр…

Наступает очередь утюга.

Листок еще слишком нежный для соприкосновения с разогретым металлом, поэтому накройте ваше изделие какой-нибудь плотной тряпкой, можно листом газеты и аккуратно прогладьте утюгом. Потом можно сильнее, сильнее – это ваш лист пошел между раскаленными валками. Под конец можно прогладить несколько раз прямо по поверхности, удаляя остатки влаги.

Если все было нормально – вы выбрали тот сорт бумаги для исходного сырья, нырок сеткой был удачен, вы не торопились, отжимая воду и проглаживая – то результат своих стараний вы уже держите в своих руках. Маленький и, наверное, не очень казистый кусочек бумаги. Маленький, но зато свой.

Рисуем бумагой

Как сделать свой листочек больше? Первый «естественный» способ, который приходит на ум – увеличить размер сеточки. Однако, размер сетки «тянет» за собой размер тазика, и это делает проблематичным «рост» бумажного листа. Если для вас не очень существенно, чтобы лист имел постоянную плотность по всей поверхности, вы можете запросто сложить лист любого требуемого размера из отдельных фрагментов, почерпываемых на сеточку. Более того, когда вы попробуете этот ход, довольно быстро обнаруживается, что отдельные фрагменты могут иметь разный цвет, совсем не обязательно делать их прямоугольной или квадратной формы, короче говоря, вы начинаете заниматься живописью, используя в качестве краски саму бумагу.

Бумажные стены

Привычка работать на горизонтальной поверхности стола тоже ограничивает воображение. В магазине строительных товаров я недавно столкнулся с «новым традиционным продуктом» «жидкие обои». Рассматривание инструкции и разглядывание образцов быстро приводят к пониманию, что это то же самое изготовление бумаги, да еще и прямо в том месте, где она должна оказаться – на стене. Бумажная масса, смешанная из нарезанных цветастых кусочков бумаги с примесью кусочков фольги; клейстер и обои изготавливаются прямо на вертикальной стене, на которую наносится смесь. Примечательно, что, судя по рисунку, древние китайцы сушили свою бумагу тоже в вертикальном положении.

Из другого источника еще один фокус: в мокром состоянии на бумажную массу, выложенную на твердую поверхность (слой бумаги можно сделать толстым и впоследствии не снимать), капните несколько капель жидкой водорастворимой краски. В другом месте – другой. Краска начнет растягиваться по бумаге, образуя причудливый рисунок, сопровождающий рельеф бумаги.

Процесс превращения

Любители историзма могут утюгом и не пользоваться. Бумагу можно оставить сушиться естественным путем, поместив в какой-то момент под пресс.

Мне, однако, кажется, что важен темп процесса. Только что бумага была листом, вот она превратилась в «кашу», потом что-то невнятное на сетке, потом в какое-то подобие аппликации на ткани и вот она уже снова «настоящая» бумага. Как в бумагоделательной машине, только своими руками.

Показав весь процесс, я отпускаю детей делать каждого свой листочек бумаги.

Восьмиклассники делают бумагу.

Все уже закончили, один мальчик продолжает наглаживать свой лист бумаги утюгом, приговаривая: «Видела бы моя мама, что Я глажу».

Никогда не думал, что занятие по изготовлению бумаги мы проводим для того, чтобы мальчики попробовали держать в руках утюг.

Растительное сырье

«Насытившись» переработкой макулатуры, ум, рано или поздно, начинает озадачиваться вопросом – так как же «на самом деле» делают бумагу? Как ее сделать из растительного сырья.

Где я, и где щелок

Моя дистанция от изготовления бумаги из бумаги до растительного сырья составила около 7 лет. При этом первый раз, когда я делал бумагу сам, я ведь делал ее и из растительного сырья. Тогда это были листья нарцисов. И было сказано, что их варили в щелоке. Но, где я и где щелок.

Типичная проблема с названиями химических реактивов у меня, например, заключается в том, что я понимаю название, способен что-то умозаключить при необходимости, но понять – где это можно достать (купить, взять, найти), - это постоянно является какой-то загадкой. Иногда, правда выручают рецептурные отделы в аптеках, но в случае с щелоком есть какая-то внутренняя неуверенность – то ли ты попросишь, а если зададут уточняющий вопрос – не будешь же ты, действительно говорить, что для варки бумаги.

Подсказка, как я уже сказал, появилась спустя 7 лет. В материале из Интернета было просто и ясно написано: растворите в воде золу, она дает сильную щелочную реакцию. «Ах, точно, ну вот оно – действительно ведь, слышал о том, что золу использовали для мытья волос (интересно, посыпание головы пеплом – оттуда же?), сам ведь мыл жирную посуду в походе и использовал золу». Вспомнилась и рекомендация одного приятеля, страдавшего повышенной кислотностью – при изжоге проглотить немного пепла, например, сигаретного. Зола превзошла все ожидания – раствор получается резко щелочной (не удивительно, что автор интернетовского пособия рекомендует пользоваться перчатками).

См. также раздел

«Кислостно-щелочное образование»

на стр…

Кислотно-щелочное образование.

Что «шепчет мыслящий тростник»?

Следующая возникающая проблема – из чего варить. В интернетовском пособии, рассказывалось о технологии по изготовлению бумаги из травы. Название самой травы, хоть и приведено на латыни, ничего не говорит моему уху - автор делал свой проект в Америке. Подсказку дала рекомендация вырезать междоузлия, оставляя лишь соломину. Самой близкой «соломой» оказался тростник. Перед варкой имеет смысл соломины размять или раздробить.

«Фома-неверящий» - экспериментатор

Не знаю, как на вас, на меня чужие инструкции действуют ограниченно. В том смысле, что я верю словам других, однако же, доля сомнения остается – получится – не получится. Понятно, что в инструкции нельзя описать все и вся (а потом это еще и прочитать надо). Многие обстоятельства складываются по умолчанию и автор инструкции о них не пишет (ну, например, зола от сгорания какого растения?). Какие-то условия могут оказаться и вовсе несущественными, а какие-то – критическими (например, что варить. Я несколько раз пробовал варить еловую стружку, но желаемого результата так и не получил) – приступая к эксперименту, всего этого не знаешь. Не даром говорят – нет ничего практичнее, чем хорошая теория. Теория определенно говорит – что происходит и почему, и, если оно не происходит, тогда и начинаются вопросы – что не так?

Сладкий индикатор

Намек на то, что происходящее соответствует инструкциям, дает возникающий минут через двадцать сладковатый запах. В растворе появляются сахара. Чем-то запах напоминает запах подгнивших яблок. Вода приобретает желтовато-коричневую окраску. Поварив еще минут десять, раствор можно сливать и ставить отваренные стебли на промывание. Раствор можно вылить прямо в канализацию, он не сильно отличается от веществ, используемых для ее прочистки, но можно слить в отдельную емкость и использовать для определения содержания сахара. Его в растворе будет довольно много.

См. также раздел

«Как измерить концентрацию сахара в растворе»

на стр…

Как и 3000 лет назад

После варки тростник становится гибким и эластичным. Не забудьте его как следует промыть. Все-таки щелок – не очень полезен для кожи рук. Тростник легко разделяется на отдельные волокна. Однако разбить его в массу в широком стакане кухонного комбайна не удается. Видимо, недостаточна скорость вращения ножей. Более качественный результат получается в высоком стакане, используемом для взбивания коктейлей. При отсутствии комбайна можно пойти по пути древних египтян: стебли выкладываются параллельно на твердой поверхности и выколачиваются (например, скалкой). Потом перпендикулярно выкладывается второй слой и снова выколачивается. Я таким образом изготовил бумагоподобный материал из листьев гладиолуса (все-таки, везде она - психология, и тут я выбрал плоские листья, видимо, рассчитывая, что раз уж они плоские, то и получится из них лист).

«На специальном ровном столе полоски укладывали в ряд, слегка внахлест, на кусок плотной ткани, тщательно подгоняя друг к другу. Поверх первого ряда, поперек него, клали второй, точно такой же ряд полосок. Все это покрывалось тонкой материей хорошо впитывающей влагу, и в течение часа или двух работники непрерывно колотили по ней деревянными молотками, стараясь ничего не сдвинуть с места. Затем они осторожно клали на ткань легкий пресс и оставляли на несколько часов… Папирус разглаживали круглыми гладкими камнями или лопаточками из слоновой кости (в другом источнике – свиным зубом???), чтобы тростниковое перо могло легко двигаться по нему, сворачивали в трубочки и перевязывали шнурами». Вот так работали наши египетские предшественники.

Банановое письмо

Эксперименты с растительным сырьем приводят к вопросу: а почему сырье надо предварительно обрабатывать (варить, или вымачивать, или колотить палками или все вместе)? Наиболее очевидно этот вопрос возникает, когда имеешь дело, например, с поверхностью банановой кожуры, которая в известных пределах плоская. Почему бы не писать прямо по этой поверхности?

Попробуйте написать на кожуре. Должно получиться. А получится ли прочитать на следующий день?

Строгий ответ должен быть: «Может быть «да», а может быть и «нет», в зависимости от условий хранения. Если будете хранить банановую кожуру в холодильнике, то ваше письмо будет сохраняться достаточно долго (в морозилке – может быть и вечность), а вот при комнатных условиях на утро следующего дня банановая кожура скукожится, покоричневеет, утратив весь свой блеск и свежесть и ни читать, ни писать на ней будет невозможно. Но, можно поступить и иначе …

Можно провести на эту тему специальное исследование вместе с детьми. Исследование о консервировании.

Применительно к бумажному делу, консервирование объясняет, почему в бумагу добавляют антисептики. Даже в обычную бумагу. Чтобы не портилась.

Волосатая бумага?

Разглядывая бумагу под микроскопом, мы видим, что она составлена из множества перепутанных между собой волокон, напоминающих волоски. А можно ли сделать бумагу действительно из волос?

Ответ появился как обычно неожиданно. «Валенки! Валенки (а точнее войлок) – это «бумага», сделанная из шерсти. Мысль, надо сказать, вполне очевидная, но только тогда, когда и ответ и вопрос известны.

Писать, впрочем, на валенках неудобно. Но не обязательно же везде писать. Можно просто попытаться сделать свой войлок, свалять свои валенки. Все лучше, чем свалять дурака.

Вата так похожа на шерсть

Из нее можно и нитку прясть. Но вата – это, как правило, хлопок, а хлопок это растение, а, значит, должно быть можно сделать настоящую бумагу. Целлюлоза, составляющая основную массу хлопкового волокна, находится в клеточных стенках растений. А у животных клеток таких стенок нет. Так что валенки из волос сделать можно, а вот целлюлозу не получится.

Надо признаться, что классификации, существующие в нашей голове, подчас довольно сильно сбивают с толку. Хоть и говорим мы «хлопчатобумажная ткань», но в голове нашей она - таки «ткань» и ее бумажное родство проскальзывает незаметно. А лен? Тоже растение. Учитывая все вышесказанное, информация о том, что хлопок и лен используют при изготовлении особо качественных сортов бумаги, воспринимается легче.

Бумажная сантехника

Все понял, решил, – «Сделаю бумагу из льна». Но где взять лен? Полей с голубыми цветами поблизости нет.

Бытовая классификация говорит нам, что лен – это ткань, там мы и начинаем его искать. И, конечно же, его там можно найти при некотором старании. Нарезать ножницами, оставить набухать в воде, каким-то образом добиваться того, чтобы волокна, скрученные в нити, разошлись …

Но все гораздо проще.

Лен продается в отделе сантехники.

Именно, именно. Лен – это то, что используется в качестве уплотнителя в резьбовых металлических соединениях (почему именно лен, почему не хлопок? Можно ли, если под рукой не окажется льна, уплотнить стык ниткой, скрученной из хлопчатобумажной ваты? – эти вопросы, появляющиеся по ходу, можно бросить в сантехническое отделение «бумажного» ящика).

В магазине семян тоже продают лен - семена. Можно их посеять, собрать, а потом сделать бумагу. Или веревку. Или ткань.

О том как как сделать веревку

см. раздел «Из кого веревки вить»

на стр…

Место встречи изменить нельзя?

Как и многие другие ответы, этот – про лен-уплотнитель - пришел мне в голову через довольно долгий промежуток времени. Как минимум год. Я отдельно пользовался льном, делая ремонт в домашнем хозяйстве, и отдельно делал бумагу. Совпадение произошло достаточно случайно. Мне срочно было надо сказать другому учителю, где взять лен. Тут то они и состыковались.

На то, что происходит в нашей голове можно смотреть с разных точек зрения. Одни говорят об интуиции, озарении, а я вот думаю о том, как мы с сантехником далеки друг от друга. Сколько среди моих знакомых сантехников, а милиционеров? Ноль, ноль, ноль целых, ноль десятых.

Высшие народные школы, о которых я время от времени вспоминаю – это место встречи сантехника, учителя, милиционера, профессора … «Зачем? - скажете вы. Может ли у них быть общий предмет разговора? Но теперь то вы понимаете, что сантехник сразу бы мне сказал, что лен – он в магазине в отделе сантехники по десять рублей пучек. И, наверное, он бы сильно удивился такому «нетрадиционному» применению льна, которое предложил бы ему учитель. Может быть вместе они поняли бы, чем отличается лен от хлопка и почему оба годятся для тканей и для бумаги, но хлопок не используется в сантехнике … Но где мой сантехник? Где та народная школа, в которой мы могли бы встретиться?

А так, я сижу и жду прихода моего «внутреннего» сантехника, а потом называю это «озарением».

Бедная Эльза

Другое растение, на которое рано или поздно натыкаешься, растет само, легко доступно, вам даже могут сказать спасибо за прополку. Крапива.

Всего-то, надо поднапрячься и вспомнить сказку о бедной Эльзе, которая должна была соткать рубашки для своих братьев из крапивы. Правда, упоминаний о бумаге из крапивы я не встречал. Но сам делал.

Навоз, как ….

На одном из занятий дети начали меня пытать, а что и из … банана можно делать бумагу? и из … листьев? и из …

- И из навоза, - надо было сказать мне, чтобы переключить дискуссию. При этом, как известно, я не покривил бы душой, поскольку знаю, что вполне серьезно рассматривались проекты по производству бумаги из слоновьего навоза. Оказывается, он содержит много целлюлозы, не переваренной слоновьим желудком.

Я предвижу следующий вопрос: «Из любого навоза?»

Блин-бумага!

Но, все-таки, можно ли делать бумагу из любой части растения? (Чем не исследовательский проект?)

Берем, например, яблоко, натираем его на терке (или в кухонном комбайне), выкладываем тонким слоем, сушим … получаем яблочную жевачко-тянучку.

Я сталкивался тем, что она используется при приготовлении чурчхелы – колбасок, оболочка которых сделана из подобного рода «бумаги», а начинка из орехов.

Но тогда и блин, получается – «бумага».

Мысль о том, что на блине можно написать замечательное письмо, например, сгущенкой, наполняет рот слюной. «Блин – бумага»!

Здравый смысл, однако, начинает замечать, что, наверное, граница уже перейдена. Все-таки, блин – это как-то не бумага. Но почему?

Клетки, стенки, мембраны и канализация

Что же все-таки происходит при варке растительного сырья. Цепочка моих мыслей такая: щелок - его другое использование – растворение жира ( в частности едкий натр входит в состав жидкостей для очистки канализации от жировых отложений). Где есть жиры в клетке? Жиров нет, но есть липиды – жироподобные вещества, формирующие клеточную мембрану. Видимо их то и омыливает щелок, переводя в водорастворимые соединения. А внутреннее содержимое клетки покидает ее пределы, отсюда и берутся сахара, дающие сладковатый запах при варке.

Должен сказать, что я пытался проверить по литературе, но литература она такова, что все пишут: один - о бумаге и растения его не интересуют, другой - о растительных клетках, но ни сном, ни духом о бумаге и т.д. Консультации со знакомыми биологами пока не привели к опровержению.

Другая жизнь волокон

Из кого веревки вить?

Для изготовления веревки потребуется лишь две вещи: кусок ветки с сучком и то, из чего вы собираетесь вить веревку. Материалом могут послужить и обычные волокнистые материалы (лен, липовый луб), но можно воспользоваться и бумагой. Например, рулоном туалетной бумаги. Сделайте из него плетку.

Начало веревки обвяжите вокруг ветки около сучка. Возьмите ветку в пальцы правой руки, а волокна или бумагу – в левую. При этом ветка смотрит утолщением от правой руки к левой. Начинайте вращать ветку вокруг своей оси. Волокна/бумага начнут скручиваться в жгут. В зависимости от вашего плана вы можете выбрать ту или иную плотность скручивания. Когда волокна, которые вы держите между руками, скрутились с достаточной плотностью, намотайте получившийся кусок веревки на ветку, растяните между руками новый кусок и начинайте скручивать.

То, что вы держите в своей правой руке – не что иное, как самая примитивная модель веретена.

Когда вы сделали два куска веревки, можно сплести из них канат. Для этого вам уже потребуются два партнера. Веревки надеваются на сучки, а другим концом привязываются к третьему. Одновременно начинается вращение всех трех сучков, при этом их надо вращать в одну сторону. Регулируйте скорость вращения двух вспомогательных и одного основного сучка так, чтобы канат получался плотный, но без свивов.

Как сделать сетку?

Понятно, что самый простой способ сделать сетку – это взять готовую. Как правило, что-то подходящее можно найти в хозяйственном магазине. Металлическая сетка удобна тем, что обладает собственной жесткостью и не требует дополнительных каркасов. Чем меньше диаметр отверстия, тем более тонкие волокна она будет улавливать. Если нет металлической сеточки, можно воспользоваться пластиковой типа той, которая натягивается на окна от комаров. С точки зрения бумажного дела пластиковые сетки бывают двух родов: относительно жесткие, их тоже можно использовать без каркаса при небольших площадях изготавливаемого листа, и гибкие, которые без каркаса использовать сложно.

В некоторых пособиях рекомендуется использовать марлю, которая представляет собой сетку из ткани. По моему опыту – это не самый удобный материал. Марля в намокшем состоянии сильно провисает, а волокна бумаги крепко сцепляются с марлей.

Гибкую сетку надо натянуть на рамку и черпать так, чтобы сетка была сверху, а бортик рамки – снизу (с точки зрения подчерпывания удобнее делать наоборот, но потом формирующийся бумажный лист будет не снять).

Введение в ткацкое дело

Итак, можно купить, но можно и сделать. Процесс изготовления сеточки похож на один из способов изготовления циновок и, освоив сеточку можно попробовать сделать циновку.

Сетка представляет собой прутья, переплетенные нитками. В качестве прутьев годится разный материал. Может быть, тот же самый тростник, расщепленный на полоски, хороший результат получался со стеблями гречихи сахалинской. Как обычно, все зависит от замысла и намерений. Можно использовать соломины.

Когда смотришь на циновку, видишь жесткие прутья, которые оплетаются гибкими нитями. Кажется, что и изготовление должно идти таким путем. Но нет, в предлагаемом способе нити и прутья «играют» наоборот. Пара нитей упруго натягивается на основе, а прутья переплетают их. Один раз ближняя нить отправляется назад, а дальняя – вперед, потом наоборот. Таких пар нитей должно быть несколько, чтобы циновка была прошита через не очень большие интервалы, размер которых также зависит от того, какой материал вы взяли для прутьев.

Шитье и ткачество

«Обнаружение» способа, как и во многих других ситуациях, потребовало довольно длительного времени. Обращаясь назад, я полагаю, что главным образом меня сбивала с толку неправильная ассоциация: ткачество – шитье. С одной стороны, это кажется так «естественно» - и там и там ткань, нитки, игла. Однако, как только вы начинаете мыслить о циновке с позиций шитья, процедура становится трудно выполнимой.

Дело в том, что при шитье (я имею ввиду обычное шитье, например, штопание), мы имеем дело с иглой и одной нитью, которая тем или иным способом продергивается сквозь ткань. Ткачество, в противоположность шитью, требует наличия двух нитей, между которыми пропускается третья. Подобный способ иногда используется и при шитье. Если шитье осуществляется вручную, то так шьют, например, кожу. При этом потребуется игла с передним ушком, в которую продевается одна из нитей (то, что концы верхней и нижней нитей могут совпадать, не имеет принципиального значения, все равно, верхняя нить все время остается верхней, а нижняя – нижней). Нить вместе с иголкой вытягивается на другую сторону материала, образуя петлю. В эту петлю пропускается вторая нить.

А как же в швейной машинке? Там ведь тоже есть одна верхняя нить и одна нижняя. Вопрос может поставить в тупик, поскольку свободного конца нити, который можно было бы продергивать в петлю нет, но, тем не менее, шов образуется.

Когда все понятно, остается «простой» вопрос: как натянуть эти пары нитей таким образом, чтобы было удобно работать. Способов много и использование того или иного зависит от подручного материала размаха циновки и ваших амбиций.

Мне как начальный способ нравится плетение на обруче, сделанном из ветки. Берете ветку длиной 1,5 – 2 метра, сворачиваете из нее кольцо (сырая ветка склонна к сминанию, а не пружинистому сгибанию, если есть возможность, воспользуйтесь сухим материалом, распаривая его в кипящей воде) и связываете начало с концом. Получился обруч. Если он имеет овальную форму, так оно еще и лучше. Прикиньте, размер будущей циновки (а это будет квадрат или прямоугольник, вписанный в овал) и начинайте натягивать нити.

См. рис. 1

Нить закрепляется на одной стороне обруча и протягивается к противоположной стороне, обходя ее с той же стороны обруча. Сделайте петлю, чтобы закрепить нить, и тяните ее обратно – туда, откуда она начиналась. Но прийти она должна с другой стороны прута. В результате описанных манипуляций у вас должны получиться две параллельные нити, натянутые на обруч, разделенные толщиной прута из которого сделан обруч – это будущая строчка. Обмотав свободно несколько витков по обручу, отступите от первой пары нитей, закрепите нить на обруче и делайте вторую пару, потом третью.

Процесс, вообще-то говоря, проще, чем его описание, но гибкость и координацию рук развивает несомненно.

Теперь осталась «сладкая» часть – продергивание соломин (или того, что вы используете в качестве жесткой составляющей). Соломина выступает в роли челнока, сначала одна поднимает задние нити, отправляя передние назад, следующая меняет расположение нитей и так до тех пор, пока у вас хватает плоскости.

Время от времени соломинки надо сбивать, чтобы они располагались плотнее, и освобождалось новое рабочее пространство.

Когда циновка готова, еще раз подбейте соломинки и начинайте «срезать» циновку с обруча. Мне кажется, что удобнее это делать, сначала закрепив первую пару нитей (завяжите несколько узлов с одной стороны, потом с другой), потом вторую, и так далее. Если начать отрезать все нити по низу (или по верху), циновка в какой-то момент окажется провисшей и будет довольно сложно добиться того, чтобы соломины лежали плотно.

То, что описано выше – это самая примитивная модель ткацкого станка. Скорее это даже пра-станок. На нем, однако, виден сам принцип ткачества, который используется во всех более продвинутых вариантах. Есть основа, основные нити, которые натянуты парами и есть уток (в данном случае его роль выполняла соломка). В процессе ткачества нити основы на каждом стежке меняют свое положение: передняя нить (в зависимости от положения плоскости «ткацкого станка» она может быть верхней) уходит назад (вниз), а задняя поднимается вперед (вверх). Для того, чтобы уток мог пройти между основными нитями, между ними должно быть некоторое расстояние, которое в нашем случае обеспечивалось толщиной прута из которого изготовлен обруч.

Теперь можно продолжать движение в область ткачества, а маленькую сеточку, хоть она и уступает по качеству металлической, можно попробовать как сетку для изготовления бумаги.

Подробнее о работе на ткацком станке

см. раздел «Ткацкий станок»

на стр….

Сукно

Сукно – это как раз ткань, которую можем попробовать сами сделать, чтобы потом на нее переносить влажный лист бумаги для просушивания. Контакт бумаги с сукном кратковременный, однако, он оставляет достаточно отчетливый отпечаток на поверхности бумаги. В промышленном производстве от этого отпечатка, называемого «маркировкой» стремятся избавиться, а для наших рукомесленных целей это, напротив представляет интерес.

Попробуйте выложить бумагу на ткань с сильным рельефом – например, вафельное полотенце или кусочек гардинного полотна. Каждый раз у вас будет получаться бумага с разным рельефом поверхности.

Дальнейшее развитие процесса можно назвать тиснением. Выложите какой-нибудь узор на ткани, используемой в качестве сукна. Для узора можно использовать проволочку, нитку (достаточно толстую) или просто скатанные из фольги валики. При проглаживании мокрой бумаги они оставят вполне четкий отпечаток.

См. также раздел «Печать»

на стр.

Ткацкий станок

Развернутая практика в ткацком искусстве требует наличия ткацкого станка. Достать его может оказаться сложно, особенно бесплатно. К тому же ткацкие станки, которые раньше использовали в домашнем обиходе, довольно громоздки, а работа на ткацком станке – индивидуальна.

Тем не менее, можно предложить несколько идей для того, чтобы попробовать.

Первая идея является простым продолжением ткачества на обруче. Тогда размер циновки ограничивался размерами обруча. Одно из ограничений – по ширине - можно снять, использовав вместо обруча два параллельных бруса.

Один брус подвешивается на кронштейнах, а второй – под ним на двух веревках, нужных только в самом начале процесса. Далее между брусьями натягиваются нити точно таким же образом, как это делалось с кольцом – две парных нити на каждую строчку (я все время говорю о двух нитях, однако, понятно, что в качестве одной нити можно использовать несколько, сплетя их межу собой или положив просто рядом. Работая с простыми нитками, так можно добиться того, чтобы рисунок, образуемый нитями был лучше виден).

Дальнейшие операции выполняются также как и на кольце. Основа – прутья или тростник вплетаются между нитями.

Теперь ограничена только длина циновки. Мы не можем сделать ее больше, чем первоначальное расстояние между брусьями. Попытки усовершенствовать конструкцию приводят к пониманию, что вариант, например, наматывания нитей на нижний брус с целью создания резерва длины, не работает. Брусья выполняют как минимум две функции: натягивание нитей и разделение верхних и нижних нитей.

Для того, чтобы продвинуться дальше в том же направлении (а здесь можно сменить направление и двинуться в сторону техники ковроткачества), необходимо функции натяжения и разделения нитей разделить.

Рис. 2

Конструкция уже вполне ткацкого станка делается из пяти веток (брусьев). Станок делается вертикальный (то есть полотно идет вертикально). Две вертикальные палки выполняют функцию основы, на которую крепятся остальные детали. Сверху укладывается верхний брус, не претерпевающий изменений (Чтобы проще его было уложить, вертикальные палки должны быть с рогатинами). Вся конструкция устанавливается у стены под небольшим углом. Теперь надо закрепить нижний брус. Его можно жестко закрепить на вертикальной раме, сделав это на расстоянии 30 – 50 сантиметров от поверхности земли так, чтобы нити, проходящие через него, свисали. Если теперь натянуть нити, а стоит натянуть хотя бы одну пару, чтобы понять проблему, которую предстоит решить, становится видно, что, во-первых, требуется еще что-то, чтобы нити натянуть. Это несложно – привяжите что-нибудь, что будет создавать достаточное натяжение. Груз подвязывается к отдельным нитям или к группам вертикальных (основных) нитей, но если вы объединяете нити в группы, вам, может быть, потребуется чуть-чуть усовершенствовать нижний брус – сделать на нем какие-нибудь засечки, чтобы нити не стягивались вместе. Надо заметить, что первую пробу лучше производить с чем-нибудь более толстым, чем нити, например, с веревками и брать не слишком много основных нитей. Теперь, когда нити натянуты, становится видна другая проблема: поскольку станок стоит вертикально с небольшим наклоном, верхние нити основы всегда сверху, нижние – всегда снизу, и, если первый стежок сделать не составляет никакого труда, то с вторым это становится проблематичным. Конечно, если у вас всего три пары основных нитей, наверное, не составит труда вытаскивать соломиной нижнюю нить наверх. Но это мы уже проходили.

Можно попробовать поменять положение станка, наклонив его немного больше или меньше. Но, очевидно, что передние нити не станут от этого задними, и наоборот. Им мешает нижний брус, который как разделял, так и разделяет их.

Нужна новая деталь, которая совершает революцию в ткацком деле, делая длину ткани абсолютно независимой от размеров станка.

Чтобы успешно работать, необходимо периодически поднимать задние нити основы над передними так, чтобы между ними можно было легко провести нить. Нить на этом этапе уже удобнее намотать на челнок, создающий длину и жесткость, которая была у соломины, но нет у нити.

Легкого решения для этой задачи нет. Ремизка – это самостоятельный и довольно сложный инструмент, который, тем не менее, вполне можно сделать своими руками. Для этого потребуется пятый, последний брус. К нему необходимо прикрепить множество петелек (по количеству нижних нитей основы). Попробуйте сделать две-три петельки, чтобы, определившись с размерами, сделать остальные более удобными.

Ремизка (а палка с петельками – это и есть самодельная ремизка) размещается между верхним и нижним брусом (но приматывать ее к раме не надо, у нее должна быть свобода движения относительно плоскости станка). Нижние нити основы пропускаются в петельки ремизки. Теперь оттяните ремизку от плоскости станка – нижние нити вытягиваются наверх и в образующийся просвет можно продернуть нить (к слову сказать, она называется уточной).

Принцип понятен, осталось сделать 10 – 20 – 200 петелек, пропустить в них нижние нити основы, все закрепить, нити не запутать … заправка ткацкого станка – это суровое испытание на терпимость, выдержку, аккуратность. В более совершенных моделях количество нитей и ремизок может быть существенно больше, но аккуратность и терпение при заправке требуются не меньшие.

Ковроткачество

Намаявшись с ткацким станком (а, может быть, устав от одного описания процесса его изготовления), вы, может быть, оцените сравнительную простоту станка для ковроткачества. Никаких ремизок, никаких проблем с разводкой верхних и нижних нитей. Основа жестко натянута, а уточная нить обхватывает две соседних нити, завязывается узелком, и конца просто обрезаются. Все просто – несколько тысяч узелков – и персидский ковер ваш. Шутка.

Письменность

Чем можно писать?

Бумага – это то, на чем пишут, и естественно было бы попробовать на получившейся бумаге написать. Как и раньше, это можно сделать обычной шариковой ручкой, но можно и попробовать иначе.

Первая мысль, которая, как правило, приходит в голову – это гусиные перья. Но где гуси и где перья? Подсказка была дана из древнего Египта. Оказывается там писцы использовали в качестве пишущего инструмента заточенную тростниковую палочку. Попробовали и мы, взяв в качестве чернил обыкновенную тушь. Получилось. Тростника много, каждый делает себе по палочке, затачивая ее косым срезом и … давай писать египетскими иероглифами.

Простое упражнение – напишите собственное имя.

Рис. 3

При этом выясняются «странные» обстоятельства: в письменном иероглифическом письме отсутствовали гласные звуки, а звук «а» являлся согласным и напоминал то ли скрип двери, то ли стон больного. Всякое знакомство с другим языком заставляет по-новому посмотреть на свой родной и привычный язык.

Напишите свою вечность

Китайское иероглифическое письмо еще более отчетливо несет в себе отпечаток другого способа отношения к миру, но чтобы с этим соприкоснуться, нужна кисточка.

Сделать ее не сложно. Все тот же тростник и шерсть или волосы (попробуйте использовать свои собственные волосы – это наверняка будет очень в китайском духе). Зажав пучок волос между пальцами, обмакните край пучка в клей. Китайцы, вероятно, использовали какие-то свои растительные клеи, ну а нам привычно иметь дело с «Моментом» или ПВА. Когда клей начинает понемножечку загустевать, аккуратно вставьте пучок в тростниковую соломину. Для красоты и надежности можно обмотать соломину ниткой у места, где из нее выходит пучок волос. Намочите кисточку и придайте ей заостренный вид с помощью ножниц.

Китайская письменность «мировоззрительна» (в точности, как и всякая другая, но в чуждом нам способе письма это мировоззрение и мироощущение чувствуется сильнее). Во-первых, понятие красоты написания у нас уже давно стало вторичным. Это князь Мышкин мог позволить себе заниматься каллиграфией. Мы пишем стандартным Times New Roman. Но и в рукописном тексте смысловая составляющая абсолютно перевешивает эстетическую. С европейской точки зрения довольно сложно понять китайского каллиграфа, потратившего 15 лет на совершенствование написания одного иероглифа (правда это был иероглиф «вечность», но все же). Третьеклассники высказали соображение, что он, наверное, очень плохо писал.

Две другие особенности связаны с техникой. Меня в начальной школе упорно учили слитному написанию. Соединительные линии, переход от одной буквы к другой. Иероглиф же строится из отдельных черт, которые иногда называют мазками. Но мне кажется, что ближе всего суть передает английское слово stroke, буквально переводимое как «удар». Одно движение, один «удар» кистью и элемент иероглифа готов. И никаких обводок, доводок, переходов … Еще одна техническая, как может показаться, однако гораздо более глубокая особенность, заключается в положении руки. Мы привыкли к тому, что рука опирается запястьем на плоскость стола. При письме китайскими иероглифами иное положение тела, когда стол находится на существенно большем удалении от тела. Опереться при этом запястьем не представляется возможным, рука должна висеть в воздухе. С непривычки это требует большой концентрации. Попробуйте. Утерев пот со лба, вы наверняка подумаете, как это хорошо – писать простыми обычными буквами. Странный способ сделать письмо приятным занятием, не правда ли?

В завершении занятия с третьим классом каждый писал собственной кисточкой на собственном листе бумаги, сделанном с помощью собственной сеточки один и тот же иероглиф – вечность. Надо сказать, что вечность получилась у каждого своя.

Попробуйте написать свою вечность.

Клинопись и компьютеры – две стороны одного ремесла?

Обращение к письменности порождает вопросы о том, а как еще обстояло дело, какими еще способами наши предки выражали свои мысли и чувства. Клинописное письмо, письмо на восковых табличках, арабская вязь, а ведь было еще и узелковое письмо, от которого остались лишь клубки, которые выдаются героям сказок для того, чтобы провести по неведомым тропинкам и узелки на память.

Разыскивание материалов про письменность приводит порой к совершенно неожиданным результатам. Набрав текст «клинописное письмо» в одной из поисковых систем в Интернете, первую ссылку, которую я получил, была на статью, посвященную портативным миникомпьютерам. Как оказалось, техника клинописи очень похожа на технику работы на миникомпьютере. И там и там используется стило, которым наносятся «отпечатки».

Другая «ниточка», связывающая ремесла с языками – это сам язык, вобравший в себя множество идиоматических оборотов и выражений, имеющих свои корни в ремеслах. «Из него можно веревки вить», «Всякое лыко в строку», «Узелок на память», «Посыпать голову пеплом» и так далее.

Письмо неизбежно наводит на воспоминание о том, что есть еще и печатное дело – а это как?

Печать

Этот способ печати (один из возможных) заимствован из художественного творчества. То, что требуется – гипс, картонная коробка, например, из под конфет, ножички и валик (для начала его вполне можно заменить тампоном). Размешиваете гипс с водой и заливаете в коробку. Лучше это делать в одну заливку, поскольку гипс из разных замесов плохо стыкуется друг с другом. Когда гипс застыл и затвердел, подровняйте его поверхность немножко шкуркой и можно начинать вырезать печатную форму. Наверное, это можно начинать делать уже в полутвердом состоянии. Рисунок получается зеркальный, поэтому, если вы собираетесь что-нибудь действительно написать, постарайтесь об этом не забыть.

Форма готова, берете краску, например, тушь и наносите на поверхность формы. Прикладываете лист бумаги, проглаживаете сверху и отпечаток готов, еще лист и еще отпечаток. Краска начинает бледнеть, попробуйте спрыснуть форму водой (краска просто засохла, но не ушла с формы). Если это не помогает, добавьте краски.

Какие еще замечательные «отпечатки»

можно научиться получать

см. раздел «Звучащий «отпечаток»»

на стр…

И еще несколько простых и интересных экспериментов

Кислотно-щелочное образование

С кислотами и щелочами связан один простой эксперимент, который можно легко и интересно организовать с большой группой детей.

Берете красную капусту, шинкуете ее в комбайне и смешиваете получившийся таким образом сок с разными бытовыми химикатами. В качестве тестовых веществ самое простое и доступное – уксус, зола, сок лимона или лимонная кислота, лекарство от повышенной кислотности, чистящие средства и т.п.

Смешиваясь с этими веществами, сок красной капусты меняет свою окраску от темно синей до красной, зеленой, доходя до ярко желтого в концентрированном растворе щелочи. Дело в том, что он, как и многие другие растительные соки, является индикатором – веществом, изменяющим цвет в зависимости от величины рН. Если есть возможность сравнить со стандартным индикатором или показаниями электронного рН-метра, можно построить цветовую шкалу, по которой можно будет определять величину рН растворов.

Эту методику можно использовать для изготовления еще одного вида бумаги – бумаги индикаторной, которая при погружении в раствор будет изменять цвет в зависимости от кислотности – щелочности среды. Для этого надо бумагу опустить в сок красной капусты, как следует вымочить, просушить, снова вымочить и так несколько раз для того, чтобы концентрация действующих веществ была достаточно высокой.

Как измерить концентрацию сахара в растворе

Определение концентрации сахара в растворе – простой и изящный опыт, который легко можно сделать вместе с учащимися.

При проведении опыта используется свойство раствора сахара вращать плоскость поляризации света. Звучит устрашающе, но на практике для того, чтобы сделать опыт требуется всего две вещи, одну из которых можно сделать, а одну – купить.

Купить надо лазерную указку – то, с чем дети иногда балуются на переменках (игрушка эта не вполне безопасная). Сделать – призму из оргстекла. Для изготовления призмы потребуется три кусочка оргстекла: два размером 10х10 и один - 20х10 сантиметров. Точность размеров не важна, я привожу, те, которыми мы пользуемся. Вытянутый кусочек оргстекла надо согнуть по средней линии под углом около 45 градусов (точность снова не важна). Оргстекло легко изгибается в нагретом состоянии, а для того, чтобы его нагреть, можно воспользоваться проволокой с большим удельным сопротивлением (нихром) - что-нибудь подобное как правило есть в кабинетах физики, либо просто на грани утюга (нагревайте постепенно, чтобы не прилепить оргстекло к утюгу). Два квадратных кусочка выполняют роль сторон, на которые ставится призма, а согнутый длинный кусочек должен образовать угол, образующий саму призму. Соединить кусочки можно с помощью термоклея (клеевой пистолет) или силикона. Термоклей несколько удобнее, если вы хотите, чтобы дети сделали всю работу от начала до конца, поскольку быстро застывает. Наверное, можно воспользоваться и другими видами клея. Важно, чтобы клей образовывал герметичный шов. Поскольку в призму мы будем наливать воду, точнее растворы.

Теперь все готово к эксперименту. В призму наливается раствор сахара, а лазерная указка устанавливается так, чтобы луч света проходил через толщу раствора. Проследив за движением светового луча, вы увидите, что через 2-3 метра луч весьма заметно отклоняется от горизонтали. Найдите способ закрепить лазерную указку во включенном состоянии и поменяйте раствор. Призму надо будет поставить в точности на то же место, где и в предыдущий раз, поэтому ее положение лучше зафиксировать, например, проведя ограничивающие линии. В зависимости от того - более или менее концентрированный раствор вы нальете - луч лазера отклонится либо дальше вверх (при повышении концентрации сахара), либо вниз (при понижении). Такова идея эксперимента.

Теперь можно сделать исследовательскую установку. Для этого не хватает стандартной шкалы, на которой были бы нанесены значения отклонений луча при некоторых концентрациях сахара. Это могут сделать сами учащиеся. Готовится несколько растворов стандартной концентрации (например, 5, 10, 15 и 20 процентов), на стену вешается листок бумаги в то место, куда попадает луч лазера. Наливаете раствор с нулевой концентрацией, ставите отметку, 5% - отметка … шкала готова (помните, что всякое перемещение призмы или лазерной указки приводит к сбою показаний и необходимости начинать заново).

Все готово для исследования. Попробуйте прохладительные напитки, которые продаются в магазинах, проведите исследование домашнего компота, определите содержание сахара в растворе, получившемся при варке древесины, отдельно можно провести серию опытов по извлечению сахаров из растений (свекла, картофель, капуста, корневища других растений, в том числе диких). Что бы вы ни исследовали, у вас есть инструмент. Можно попробовать разные способы извлечения сахара, разные растения, можно, наконец, провести эксперимент в вкусовыми ощущениями. Пусть каждый сделает несколько растворов – такой, когда сахар только начинает чувствоваться, оптимальной сладости и тот, который будет восприниматься как приторный. Полученные данные можно сравнить и обсудить индивидуальные особенности вкусовой чувствительности.

Если тема вкусов «пойдет», проведите простой эксперимент, показывающий различную чувствительность зон нашего языка. Для эксперимента потребуется горькое, соленое, сладкое и кислое (не важно что, важно, чтобы это был пищевой продукт, который можно непосредственно направлять в рот) и палочки. Удобнее работать в парах. Один член пары широко открывает рот, а другой – берет на палочку немного какого-нибудь продукта (горького или кислого и т.п.) на наносит немного на участок языка (у корня, справа или слева и на кончик). Разные зоны языка чувствительны к разным вкусам и описанные эксперимент – это способ дать возможность детям сделать это открытие самим.

Звучащий «отпечаток»

Удивительный «отпечаток» можно получить, используя сочетание гипса и глины. Это будет объемный отпечаток. Возьмите банку из-под сметаны или майонеза, подберите форму, которую вы будете отпечатывать, например, маленький колокольчик. Заливаете в баночку гипс и, когда он становится относительно густым, вдавливаете в него колокольчик (широкой стороной, конечно же, наверх). Когда гипс застыл, колокольчик вынимается, а форма ставится на просушку. Высушить надо основательно – чем меньше воды, тем более эффективно будет работать форма. Готовность формы к работе можно определить по ее весу – высушенный гипс становится легким.

Теперь дело за глиной. Лучше, если она будет протерта и просеяна – изделие, которое мы собираемся получить, будет иметь очень тонкие стенки, и вкрапления нарушат их прочность. Глину разведите в воде до состояния не очень густой сметаны (может быть даже, скорее, жидкой). И вливаете в формочку. Через некоторое время, заглянув в формочку вы увидите то чудо, которое произошло: вода впитывается в стенки формы, а глина оседает тонким слоем на ее поверхности. Если слой слишком тонкий, можно добавить еще раствора. Гипс, благодаря своей гигроскопичности «всасывает» в себя воду, «притягивая» частицы глины к стенкам формы. Когда влага будет таким образом «перекачана» из глиняного раствора в гипс, а потом испарена, из гипсовой формы вам удастся извлечь тоненький, хрупкий колокольчик. Он, к тому же, будет полым внутри и, если у вас найдется возможность его обжечь и при некоторой сноровке и изобретательности подвесить ему язычок, то ваш колокольчик «заговорит». О чем?

Постоянный адрес этой статьи
  • URL: http://setilab.ru/modules/article/view.article.php/c3/14
  • Постоянный адрес этой статьи: http://setilab.ru/modules/article/trackback.php/14
Экспорт: Выбрать PM Email PDF Bookmark Print | Экспорт в RSS | Экспорт в RDF | Экспорт в ATOM
Copyright© Андрей Домбровский & Сетевые исследовательские лаборатории «Школа для всех»
Комментарии принадлежат их авторам. Мы не несем ответственности за их содержание.


© Агентство образовательного сотрудничества

Не вошли?