Статьи и учебные материалы Книги и брошюры КурсыКонференции
Сообщества как педагогические направления Совместные сообщества педагогов, студентов, родителей, детей Сообщества как большие образовательные проекты
Step by step Вальдорфская педагогика Вероятностное образование Дидактика Зайцева КСО Методики Кушнира «Новое образование» Педагогика Амонашвили Педагогика Монтессори Пост- коммунарство Ролевое моделирование Система Шулешко Скаутская методика Шаталов и ... Школа диалога культур Школа Толстого Клуб БабушкинойКорчаковское сообществоПедагогика поддержки Семейное образованиеСемейные клубыСистема Леонгард Красивая школаМакаренковские чтенияЭврика
Список форумов
Новости от Агентства Новые материалы сайта Новости педагогических сообществ Архив новостей Написать новость
Дети-читатели Учитесь со Scratch! АРТ-ИГРА…"БЭММс" Детский сад со всех сторон Детский сад. Управление Школа без домашних заданий Социо-игровая педагогика
О проекте Ориентация на сайте Как работать на сайте
О проекте Замысел сайта О структуре сайтаДругие проекты Агентства образовательного сотрудничества О насСвяжитесь с нами Путеводители по книгам, курсам, конференциям В первый раз на сайте? Как работать на сайте Проблемы с регистрациейЧто такое «Личные сообщения» и как ими пользоваться? Как публиковать статьи в Библиотеке статей
Напомнить пароль ЗарегистрироватьсяИнструкция по регистрации
Лаборатория «Сельская школа» Лаборатория «Начальная школа» Лаборатория «Пятый класс»Лаборатория «Подростковая педагогика» Лаборатория «Галерея художественных методик»Лаборатория старшего дошкольного возраста
Библиотека :: Занятия, успешные для всех. Предметные ориентиры

Курбатов Р. Учу русскому. Восемнадцать плюс


Журнал «На путях к новой школе», 2019, №1
В статье представлены фрагменты новой книги Рустама Курбатова, посвящённой классу, открытому в частной школе для детей мигрантов
Содержание:
  1. День защиты детей

  2. Открыли класс
  3. Наш иностранный легион: итоги первой четверти
  4. Я - не расист
  5. Получилась школа для перелётных детей

Рустам Курбатов

Учу русскому. Восемнадцать плюс
Фрагменты из новой книги

День защиты детей

Все дети нуждаются в защите и поддержке: здоровые, больные, те, кто не ходит в школу, те, кто ходит, - особенно. Есть ещё одна группа: дети мигрантов и беженцев. Они приехали, прилетели в наши края: кто на сезон, кто в надежде остаться надолго - Перелётные Дети.
Нельзя закрыть мир: хорошо, если наши дети смогут учиться в Европе, мы - путешествовать по курортам. Но мир не может быть полуоткрытым: отрытым для русских туристов и закрытым для людей из Средней Азии и с Кавказа, ищущих работу в России. Современный мир разноцветный и разноязыкий, а кого это пугает - может вернуться в своё средневековье.
Разделяем мы европейские ценности или нет, но должны хотя бы знать первую строку Декларации прав и свобод: все люди рождаются и остаются свободными и равными в правах. И далее: право на счастье - одно из неотъемлемых прав человека. Любого человека: и француза, и немца, и араба, и африканца, и - даже - граждан бывших республик СССР - кыргыза, узбека, таджика... Мы все - люди и имеем право на достойную жизнь. Именно поэтому европейцы, и не только они, принимают у себя беженцев, дают им жильё и пособия, а не потому, что «Европа захлебнулась».
Закон и в России предписывает брать в школы любого ребёнка, находящегося на территории России, независимо от статуса его родителей. Сотни тысяч детей из стран СНГ сидят за партами - и низкий поклон учителям обычных муниципальных школ, работающим с этими ребятами на уроках и после.
Однако на практике не все директора берут таких детей, особенно в среднюю школу, - многие пытаются отказать под разными предлогами. А если берут, то сажают на два-три года младше. Директоров можно понять, но проблема остаётся. Подросток проходит «курс адаптации» в чужой языковой и культурной среде, с детьми на два или три года младше его.
И самое важное: довольно много детей мигрантов вообще не ходят в школу. По статистике, очень приблизительной, - 10-20%. Пять-шесть тысяч детей школьного возраста, живущих в столице, - за бортом Школы. Это тема для разговора.
Да и не то что в школу - они и на улицу-то нечасто выходят, потому как статус их родителей не определён. У них нет никаких перспектив с образованием и в будущем - с работой. Наше общество тихонько дрейфует по направлению к апартеиду - раздельному существованию, когда в парках будут стоять скамейки для местного населения, а рядом на корточках будут сидеть приезжие рабочие, с трудом объясняющиеся по-русски.
Думаю, опыт европейских стран, когда для детей мигрантов в школах открываются специальные курсы на один-два года по изучению языка, а учителя учат фарси, урду и польский, чтобы общаться со своими разноцветными учениками, - очень правильный и полезный и для нашей страны.
Важно, чтобы эти дети, прилетевшие к нам из южных республик бывшего Советского Союза, из любых республик вообще, получили бы от нас не только урок русского языка, но и урок доброты и человеческих отношений. Или наоборот, это они могут дать нам «урок доброты и человеческих отношений».


Открыли класс

Детей как учить? Вместе или поврозь?
С одного маха погрузить в среду изучаемого языка, посадив в класс с русскими сверстниками, даже если они ничего не понимают по-русски? А после уроков отправить на дозанятия?
Или открыть для них их специальные классы адаптации на один-два года, после чего они смогут учиться в обычных классах?
Или, третий вариант: на некоторые уроки (спорт, искуство) вместе, на другие - отдельно?
Первый вариант прост и понятен: всё в руках директора.
Второй вызыввает сомнения: какая интеграция в специальных классах?
Третий вариант: ученики часть уроков учатся с местными сверстниками, а часть - в отдельной группе занимаются русским языком.
Был и у нас положительный опыт такой интеграции: дочка чрезвычайного и полномочного посла Республики В., которую мы за полгода с нуля научили говорить по-русски. Ребёнок счастлив, и плакала она за полгода всего один раз, тогда как её посольские сверстники, которые интегрировались в России традиционными способами, плакали, по словам супруги посла, каждый день. Один такой случай был.
Ответ напрашивается: вместе со сверстниками. Но ситуации бывают разные, есть четырнадцати-пятнадцатилетние подростки, которые совсем не говорят по-русски, и на вопрос «Как тебя зовут?» отвечают: «Да». В каком классе их будем адаптировать? Или они вообще никуда не ходят, или в семейной и дружеской обстановке учат русский, чтобы через год пойти в школу вместе с российскими сверстниками.
И вот он, Класс для детей, которые оказались за бортом Школы. Два класса: для детей начальной школы и подростков.
Гульбарчын, замечательная женщина и мама трёх детей, привела к нам всю кыргызскую диаспору Павшинской Поймы. Подтянулись и другие: армяне, таджики, узбеки...
Где будем учиться? Гуля предложила прямо у неё на квартире. Тесно немножко. . .
Рядом с её домом - просторная суперновая школа, директор открыл нам двери трёх классов. А Управление образования района поддержало так, как никогда. Однако, что такое класс для инородцев в большой школе?
Остался вариант дислокации - Лицей «Ковчег». Три преграды: первая - полчаса на автобусе до школы, вторая - школа переполнена и места нет; третья, самая сложная, - как открыть бесплатный класс в платной школе?
Родители почти не задавали вопросов, почему мы детей мигрантов учим бесплатно. Более того, многие решили поддержать проект финансово. Наши старшеклассники - горжусь! - вызвались работать волонтёрами и учить русскому языку. А учредители Лицея «Ковчег» - просто шестидесятники какие-то.
Ввяжемся, а потом посмотрим.

 

Наш иностранный легион: итоги первой четверти

 

К концу четверти в иностранном классе собралось десять человек. У каждого своя история: кто-то на родине закончил вполне благополучно семь классов, кто-то живёт в России пять лет и только несколько месяцев ходил в школу. Едут из дальних уголков столицы, некоторые два часа в один конец.
Эржан, 16 лет, из Кыргызстана, в школе предложили сесть в пятый класс. В школу ходить отказался - потребовал, чтоб его вернули в родной Ош.
Эрбол, 16 лет, тоже Кыргызстан. Несколько лет живёт в России, в школу не ходит. Работал в суши-баре в ночную смену - нелегально, ясное дело.
Сайфулло, таджик из Узбекистана, 17 лет. За пять лет жизни в Москве ходил в школу два месяца - подрался с кем-то, и директор на выбор предложил: или полиция, или забрать документы. Родители, понятно, согласились на второй вариант. Потом четыре года сидел дома, точнее - работал вместе с отцом.
Умеджан, 16 лет, Пянджекент, Таджикистан - два года в Москве, в школу не взяли, жил с мамой в Домодедове, переехал в Красногорск - чтобы учиться.
Бурул, 15 лет, Кыргыстан, проблемы со здоровьем, в школу ходила всего два года.
Интересно всё! Как первоклассникам! Смотрим и обсуждаем фильмы и мультфильмы, разбираемся с простыми дробями и падежами, печатаем свои тексты на компьютере, на 19 октября спели Юлия Кима про «славный пушкинский лицей», футбол, английский, рисунок, история, география, опять футбол...
- Какой предмет больше всего нравится?
- Русский язык!
Стараемся идти по программе восьмого класса, к ужасу учителей математики и русского языка. По итогам четверти написали на четвёрки диктант, за четвёртый примерно класс.

Я - не расист

- Я - не расист, но не хочу, чтоб мой ребёнок сидел за одной партой с чернокожим.
(Америка, лет пятьдесят назад)
- Я сочувствую детям, приехавшим из Средней Азии, но не хотела бы, чтоб мой сын учился в классе с такими...
(Лицей «Ковчег», наши дни)

Откровенных расистов и ксенофобов, кричащих «Пусть они возвращаются в свои аулы!», немного, обычно это люди не очень образованные и обозлённые, с ними трудно вести разговор. Много тех, которые «не расисты, но не хочу», - это подчас вполне образованные и приличные люди. Отчего бы с ними не поговорить?
Вопрос: почему иностранные дети должны учиться в наших школах бесплатно, за счёт наших граждан и налогов? Есть как минимум три ответа.
Детей в Россию привозят люди, которые, как правило, работают легально и платят налоги, пусть и небольшие, но ведь и социальные программы в нашей стране - сами знаете какие.
Трудовая миграция - процесс объективный. Учитывая демографическую яму в стране, легко понять: приезжих рабочих у нас будет всё больше. Скоро и китайцев, и африканцев будем зазывать - лишь бы приехали! Разумеется, у приехавших в Россию есть дети, и это нормально, что родители хотят взять их с собой. А  детей надо учить.
Конституция, Закон об образовании, международные акты, подписанные Россией, говорят: все дети, находящиеся на территории РФ, имеют право на образование. Есть ли гражданство, регистрация, вид на жительство - не важно. Ребёнок должен ходить в школу. Точка. А какие ещё варианты? Рабочие руки оставлять в стране, а детей высылать на родину?
Если вы вдруг приезжаете с ребёнком во Францию или Германию, ваш ребёнок будет ходить в школу совершенно бесплатно. Да ещё и на курсы немецкого или французского языка. Кстати, взрослым мигрантам немцы платят стипендию - чтоб не пропускали занятий!
Ну и наконец, не хотим же мы, чтобы рядом с нами росли дети, не вылезающие из подвалов, не понимающие по-русски и не знающие таблицы умножения? Кому от этого будет лучше и безопаснее? Что будет, если все эти мальчишки и девчонки, не говорящие по-русски, выйдут на Рождество из своих убежищ на Тверскую улицу, светящуюся со всех сторон? Я не про угрозу для безопасности местных - нет. Стыдно, что в стране с такой иллюминацией нет средств или желания подумать о детях, не говорящих по-русски.
Не знаю, останутся ли наши ученики в России или уедут в Кыргызстан, Таджикистан, Армению, понадобится ли им русский, английский и всё проче, чему они научились, но по крайней мере один полезный урок они усвоят. Урок дружелюбия и солидарности.


АНГЕЛ с чёрными крыльями

На стене учительской в школе в городе Бобиньи (пригород Парижа, здесь учатся дети всех цветов, кроме белого, Бобиньи - город мигрантов) висит рисунок: чёрный ребёнок с крыльями ангела и подпись внизу «СВОБОДА ПЕРЕДВИЖЕНИЯ». Для французских учителей это очень важно - любой ребёнок, который в силу каких-либо причин оказался во Франции, должен получить образование и стать гражданином этой страны. Французы принимают беженцев и учат всех детей, потому что слова «Свобода» и «Равенство» понимают в прямом смысле.
В Париж я приехал с уверенностью, что есть две формы адаптации: факультативы после уроков и класс адаптации на один-два года.
Я видел в Париже иностранные классы: малийцы, алжирцы, болгары, румыны, шриланкийцы, армяне, косовары, ещё кто-то, чью национальность я не понял. Завидую этим детям: они счастливы. «Мадам! Мадам!» - кричат с места и тянут руку. Ровно как наши Перелётные: «Учителница! Учителница! Я знаю это!»
Французы называют эту форму «Класс Приёма» - «Международный Класс» по-нашему. Поначалу дети учат только французский язык, потом потихоньку переходят в обычные классы: на физкультуру, рисунок, музыку, другие предемты. Класс открытого типа!
Юридически всё просто, как мне объяснил по-русски знакомый завуч: переводим детей на индивидуальный план и утверждаем дополнительную учительскую ставку.
В нашей стране возникают в крупных городах и вокруг них школы с большим перевесом нерусского населения. Автохтоны, ясное дело, опасаются вести туда своих детей. Рейтинги таких школ - на уровне плинтуса, со всеми последствиями для администрации. Каково решение проблемы? - «Да не бери ты этих чёрных больше в школу!» Вот и вся социальная политика.
Представьте, что нашу планету ожидает глобальное потепление. Или похолодание, не важно. Мы либо умрём, либо сумеем из ситуации извлечь пользу и станем сильнеее и умнее.
Одним словом, мы решили делать Международный класс в Лицее «Ковчег» - класс открытого типа.
Я б хотел, например, чтобы мои внуки учились в классе вместе с берберами и косоварами.

 

Получилась школа для перелётных детей

 

Три года прошло. Получилась школа. Настоящая Школа для Перелётных Детей.
Концепция проста:
Классы и Курсы.
Классы - для тех, у кого совсем слабый русский язык, кого не берут в школу или берут в класс на два-три года младше. Классы открытого типа, из которых дети, по мере освоения языка, переходят в обычные классы. В прошлом году в Лицее было таких два класса, на следующий планируем открыть их в одной из школ Красногорска и двух школах Калужской области. С нашей стороны - методическая и организационная поддержка.
Курсы - это факультативы, дополнительные занятия русским языком для тех, кто в школу устроился, но мало понимает, чту учитель говорит на уроке.
В шести школах Красногорска работают такие курсы, триста детей учат русский язык. Управление образования горячо поддержал это дело, занятия ведут замечательные школьные учителя: профессионалы и неравнодушные люди. От нас - организационная и методическая поддержка. На следующий год курсы начнут работать в двадцати одной школе Калужской области - потому что министерство образования области хочет этого.
Создали ещё и Классы Рабочей Молодёжи: для молодых людей, которые хотят свободнее говорить по-русски, и восьми-девятиклассников, которым предстоит сдавать ОГЭ - его и русский человек не сдаст без спецподготовки.
А ещё открываем Учебный центр для мигрантов и беженцев в Москве, в Текстильщиках - при поддержке Комиссариата по делам беженцев ООН.
И две группы в библиотеке, в Нахабино, в районе, где много иноязычных детей, а школы все переполнены.
Такая вот школа получилась.

Возврат на страницу Журнал «На путях к новой школе». 2019 № 1


Постоянный адрес этой статьи
  • URL: http://setilab.ru/modules/article/view.article.php/c2/374
  • Постоянный адрес этой статьи: http://setilab.ru/modules/article/trackback.php/374
Экспорт: Выбрать PM Email PDF Bookmark Print | Экспорт в RSS | Экспорт в RDF | Экспорт в ATOM
Copyright© Dima & Сетевые исследовательские лаборатории «Школа для всех»
Комментарии принадлежат их авторам. Мы не несем ответственности за их содержание.


© Агентство образовательного сотрудничества

Не вошли?